Роберт Фишер. Сценарный проект

В 1972 году Роберт Фишер обыграл советскую шахматную империю. Обыграл, естественно, на шахматной доске — а потом тридцать шесть лет потратил на то, чтобы понять: победить за ее пределами ему было не суждено.

Бруклин, многоквартирный дом, мать-одиночка — врач и левая активистка, вечно в разъездах между политическими делами. Отца нет: якобы живет в Аргентине, но так ли это на самом деле — не до конца ясно. Однажды Роберт покупает шахматный набор в киоске со сладостями и обнаруживает: вот система, которая не врет и не предает сама.
К тринадцати Фишер — вундеркинд. К четырнадцати — чемпион США. К пятнадцати он бросает школу: там ему больше нечему учиться.

С 1948 года шахматную корону удерживает советская шахматная школа — государство в государстве, институт с железной дисциплиной и религией победы.
У советского шахматного королевства есть Правитель и Верховный жрец — Михаил Ботвинник. Есть и юные князья — среди них Борис Спасский. Всё под контролем: несоветский чемпион мира не появлялся почти четверть века.
Фишер учится играть в одиночестве — без федерации, без секундантов, порой без денег даже на гостиницу. Но доска — единственное место, где у одиночки те же права, что и у целого королевства. Его победа — не просто спортивный успех, это аргумент в противостоянии двух больших сюзеренов: Советского Союза и Америки.

— Роберт Фишер — Одиночка-чемпион, ферзь, превратившийся в дракона.
— Регина Фишер — мать чемпиона.
— Борис Спасский — благородный рыцарь советского королевства, Ланселот, которому выпадет защищать систему, в которую он сам не верит до конца.
— Анатолий Карпов — Трикстер. Наследник Правителя, получивший корону не в бою, а на пустой арене — и всю оставшуюся карьеру доказывающий миру, что носит ее законно.
— Советская шахматная федерация — беспощадное и эффективное шахматное королевство.
— Генри Киссинджер — госсекретарь США, Гонец Геополитики: эпизодический персонаж. Но один его телефонный звонок превращает спортивный матч в акт холодной войны.
— Пресса и телекамеры — Хор: то, что делает партию спектаклем и одновременно пыткой для Фишера, у которого паранойя перевешивает честолюбие.

Матч за титул чемпиона мира. Соперник Борис Спасский. Спасский выигрывает первую партию. Фишер срывает вторую — шум камер: он требует убрать аппаратуру, и в итоге техническое поражение. 0:2 в матче, на который весь мир смотрит как на битву цивилизаций. Кажется, всё кончено.
Однако то, что выглядит как срыв, на самом деле — расчетливая игра нервов, определяющая ход всего матча. Фишер преображается. Дракон еще не явился миру, но уже осознал себя.

Фишер выигрывает всё подряд. 12,5:8,5 — разгром. Первый несоветский чемпион мира за двадцать четыре года!Утро после победы.
Дракон проснулся один в гостиничном номере. Он выиграл матч — но играть на равных ему больше не с кем, и это не метафора, а турнирная реальность. Фишер силен как никогда.

В СССР тем временем выращивают наследника престола.
Урал, город Златоуст, заводской поселок. Отец-инженер учит пятилетнего сына шахматам. К одиннадцати тот уже кандидат в мастера — провинция выталкивает его наверх быстрее, чем кто-либо успевает заметить.
В двенадцать его принимают в школу Михаила Ботвинника. Вердикт мэтра безжалостен: мальчик не потянет, в этой профессии у него нет будущего.Мальчика зовут Анатолий Карпов, и он отвечает не спором, а домашней работой: книги, разбор партий, дисциплина, которую другие вундеркинды считают унизительной.
К пятнадцати Карпов самый молодой мастер спорта СССР в истории, побит рекорд самого Спасского. 1969‑й — победа на юниорском чемпионате мира. 1970‑й — гроссмейстер в девятнадцать лет.
1973 год, Ленинградский межзональный турнир — победа. Путь в Претендентский цикл открыт. Дальше три поединка подряд, и в каждом Карпов доказывает свое право биться за шахматную корону. Сначала повержен Лев Полугаевский.Затем Борис Спасский — тот самый главный рыцарь королевства, уверенный, что легко разделается с провинциальным выскочкой; вместо этого он проигрывает четыре партии лишь при одной своей победе. Финал — Виктор Корчной, самый упорный противник из всех: девятнадцать партий, в основном вничью, но Карпов выходит вперед на три очка и забирает право быть Претендентом.
Так провинциальный мальчик, которого когда-то списали со счетов, оказывается у порога главного боя. Его уже называют «удавом» — он душит партию медленно, до тех пор, пока соперник не перестает дышать. Кто сильнее — огнедышащий дракон или терпеливый удав?

Внезапно Фишер выдвигает условия, с которыми сам боролся все предыдущие годы: матч без ограничения партий, до десяти побед, ничьи не считаются, а при счете 9:9 корона остается у чемпиона. ФИДЕ в растерянности, но уступает во всём, кроме последнего пункта. Фишер молчит несколько месяцев… и отказывается от матча!
Карпов получает корону, не сделав ни одного хода. Шахматный мир в недоумении. Дракон исчезает, не сразившись, — и никто, кроме него самого, не знает, почему.

Дракон исчез на шестнадцать лет. Ни единой турнирной партии, пещера, паранойя, ничего кроме слухов. Королевство, которое он бросил, давно живет по новым законам, а Фишер по своим, всё более одинокий и всё более фрустрированный собственной легендой.И вдруг сенсация — нелегальный матч-реванш со Спасским, в стране под санкциями ООН, вопреки прямому предписанию Минфина США. Это вызов не Спасскому — это вызов всему миру. Почему Спасский согласился? Наверное, потому, что Ланселот, как и дракон, не боится никого. Он, однажды уже повергнутый, возвращается помочь раненому чемпиону. Фишер побеждает снова — 10:5. Но если первая победа над Спасским дала шахматную корону, то эта приносит лишь ордер на арест. Матч под санкциями превращает дракона в федерального преступника.
После Югославии дорога идет только вниз.

Фишер пытается покинуть Японию по паспорту, который Америка аннулировала. США требуют его выдачи. Восемь месяцев он содержится в центре для иностранцев, судится, чтобы выиграть время, — и пока тянется суд, женится на главе японской шахматной федерации Миёко Ватаи. Дракон хочет нормальной жизни.
Исландия — страна, где он стал чемпионом, — особым актом парламента дарит ему гражданство. Только после этого Япония выпускает Фишера на волю.Март 2005‑го.
Роберт Фишер выходит из центра заключения с исландским паспортом в руках, садится в машину исландского посла и летит через Копенгаген на Север. Круг, начавшийся короной, почти готов замкнуться — там же, где всё начиналось.

Фишер умер в Рейкьявике 17 января 2008 года. Шахматный мир к тому времени уже полностью поглощен компьютерной заразой. Перед смертью гроссмейстер успел изобрести Fischer Random — шахматы со случайной начальной позицией, призванные убить домашние заготовки и теорию дебютов. Он надеялся спасти Игру, но спасать было уже нечего: компьютер сожрал шахматы без остатка.
Борис Спасский приезжал на его могилу в Сельфоссе. Вот, собственно, и всё.