БЛЕСТКИ, БАХРОМА И ПЛЕЧИ: ЭВОЛЮЦИЯ СЦЕНИЧЕСКОГО КОСТЮМА

Меня заинтересовала эта тема, потому что недавно я случайно в ленте наткнулась на сравнение старых кадров с «Голубого огонька» и «Песни года». И меня прям удивило. я думала, что в СССР все ходили серые и скучные, а там на сцене — такие наряды… Блестки, бахрома, плечи широкие, как у космонавтов. И самое интересное — это всё появилось ещё в 70-х, а не в перестройку. Меня зацепило, что на экране артисты выглядели намного смелее, чем позволяла власть тогда. И мне захотелось понять, как через эти, казалось бы, три простые вещи — блестки, бахрому и форму плеч, можно увидеть, как люди потихоньку становились свободнее, не дожидаясь никаких больших политических перемен. Три выбранных элемента — блестки, бахрома и плечи — позволяют проследить, как менялось тело артиста на экране и как костюм становился инструментом между идеологическим контролем, художественным вкусом и технологическими возможностями.

Эволюция сценического костюма на советском и российском телевидении прошла путь от строгости через эксперимент с формой и фактурой к тотальной эклектике и стилизации. И ключевыми маркерами этой эволюции выступают три элемента:

Сначала блестки считались чем-то пошлым или даже «мещанским», и достать их было почти невозможно. Потом они стали признаком крутого и яркого эстрадного наряда. А сейчас же это просто стиль «прошлый век», когда хотят сделать образ в духе прошлого (но мы молчим ещё о том, что мода возвращается и сейчас время от времени это самый стильный и дерзкий тренд!).

Сначала бахрому носили только танцоры, чтобы красиво двигаться, работая костюмом тоже. Потом она стала главной фишкой яркого сценического образа. А позже превратилась в элемент карнавального, праздничного костюма.

Сначала широкие плечи были только в мужской одежде — строго и серьезно. В 80-х женщинам тоже стали делать огромные плечи — это был своего рода символ силы и независимости. А в 90-х эта мода пропала, плечи снова стали мягкими и естественными.

Трансформация трех выбранных элементов в телевизионном костюме происходит неравномерно и сдвинута во времени относительно политических изменений: визуальная модернизация начинается на рубеже 1970-1980-х годов (до перестройки), достигает пика в 1990-е и переходит в режим стилизации в 2000-2020-е.

1. Проследить хронологию изменений сценического костюма в главных музыкальных телепрограммах СССР и России

2. Выявить визуальную динамику трёх выбранных элементов: блестки, бахрома, плечи

3. Зафиксировать ключевые переломные моменты, заметные визуально

4. Визуально подтвердить или опровергнуть гипотезу о том, что костюмная эволюция опережала политические изменения

Анализ эпохи: 1960-е — время, когда телевидение становится массовым. «Голубой огонёк» (первый выпуск — 1962 год) — главная праздничная программа страны. Костюм артиста на экране — не просто одежда, а знак лояльности, «правильности», причастности к советскому празднику. Здесь ещё нет места смелым экспериментам — задача транслировать так называемую народность. Телевидение только учится говорить со зрителем на языке праздника, и этот язык пока очень очень осторожный.

Эдита Пьеха на сцене — первый советский выход к зрителю в стиле new look. На ней платье сложного кроя с чётко выраженной талией, длина — чуть ниже колена, рукава нет. Причёска — объёмная укладка «артишок», популярная в середине 1960-х. Образ собранный, женственный, и как мне кажется без малейшего намёка на сексуальность.

Блестки: Отсутствуют. Вместо них используется мелкий жемчуг, рисунки из него симетричные и не ляпистые. Ткань платья — глянцевая, плотная, без какого-либо декора. Даже нить люрекса не используется. Праздничность достигается за счёт кроя. Бахрома: Отсутствует. Края одежды обработаны строго, без подвижных декоративных элементов. Плечи: Отсутсвуют. Никаких подплечников. Плечо «естественно, без намёка на волевой или агрессивный силуэт.

Перед нами образ „советской европейской женщины“ — стильной, но скромной.Никакой дистанции, никакого вызова. Это костюм-приветствие, костюм-улыбка.

Лариса Мондрус — одна из самых ярких певиц 60-х, она первой исполнила твист на советской сцене. На ней укороченное платье (выше колена, что для 60-х было достаточно смело), чётко выраженная талия, пышная укороченная причёска. В её образе чуть больше западного, чем у Пьехи, но визуально она всё ещё в рамках дозволенного.

Блестки: Отсутствуют. Однако вместо них — аккуратный воротник из камней, что элегантно сдержанно выглядит на чёрном платье. Ткань платья — гладкая, возможно, с лёгкой фактурой, но без блеска. Пайетки, стразы, люрекс — всё это появится позже. Бахрома: Отсутствует. Крой простой, без слоёв, без подвижных деталей. Мондрус двигается активнее, чем Пьеха (она исполняет твист), но костюм не помогает ей в этом — он держит форму сам по себе. Плечи: Естественные. Линия плеча спокойная, без подплечников. Лариса Мондрус — дерзкая в рамках. Её костюм чуть короче, её движения чуть свободнее.

Идеальный мужской силуэт. На Магомаеве строгий костюм-двойка или тройка, белая рубашка, чёрная бабочка (может быть и галстук на смену). Всё подчёркнуто серьёзно: пиджак сидит идеально, брюки со стрелками, обувь начищена до блеска.

Блестки: Отсутствуют. Ткань костюма — матовая. Никаких блестящих нитей, лацканов из атласа или декора. Блеск допустим только на обуви. Бахрома: Отсутствует. Мужской костюм 60-х предельно лаконичен: никаких кистей, бахромы, подвесок. Это так называемый костюм-броня. Плечи: Классическое мужское плечо с лёгким подплечником. Для мужского костюма 60-х это норма, а не эксперимент. Плечо чётко держит форму, но не гипертрофированно. Это силуэт уверенного мужчины, но без агрессии.

Магомаев и его костюм должен вызывать доверие, восхищение и одновременно создавать дистанцию: он — звезда, но звезда «правильная». Костюм работает как рамка для голоса: голос может быть страстным, но внешность- строгой.

Абсолютный эталон советского эстрадного мужского костюма. На Кобзоне классический костюм с галстуком, застёгнутый на все пуговицы. Пиджак сидит строго по фигуре, без складок. Волосы аккуратно зачёсаны. Никакой расслабленности — даже галстук затянут идеально.

Блестки: Отсутствуют. Костюм Кобзона не нуждается в декоре, его инструмент — голос и правильная внешность. Блестки в таком контексте были бы даже неуместны. Бахрома: Отсутствует. Крой классический, консервативный. Плечи: Классическое мужское плечо. Кобзон носит костюм так, как будто он родился в нём. Плечо ровное, спокойное, без намёка на экспрессию.

Кобзон в 60-е — это образ абсолютно надёжного человека. Его костюм не говорит о моде, о вкусе или о личности. Его костюм говорит о системе — и он и его голос часть этой системы.

В 1960-е годы визуальный код советского эстрадного артиста подчинён одной задаче — транслировать «правильную» праздничность. Три ключевых элемента (блестки, бахрома, гипертрофированные плечи) полностью отсутствуют. Даже самые яркие артисты (Пьеха, Мондрус) одеты в рамках, которые сегодня мы назвали бы офисный дресс-код. Тело артиста на экране — это образ «советского человека», скромного, но нарядного в пределах дозволенного. Просто телевидение ещё не научилось делать из костюма самостоятельное высказывание. Но именно эта строгость создаёт контраст для 1970-х, когда начнутся первые эксперименты.

Анализ эпохи: 1970-е — время, когда на советской эстраде появляются фигуры, которым тесно в рамках строгого костюма. В 1977 году на «Голубом огоньке» впервые появляется Алла Пугачёва. И именно с этого момента, началась её «борьба за главный эфир страны» с Софией Ротару. Визуально это выражается в том числе в костюме. Кроме того, в 1970-е активно работают ВИА («Песняры», «Самоцветы», «Верасы»), которые привносят на сцену элементы фольклорного костюма — вышивку и этнические мотивы.