Деконструктивизм от архитектуры до графического дизайна Дэвида Карсона

Деконструктивизм — это течение, возникшее в конце 1980-х годов, которое приписывают по большей части архитектуре, но его идеи отражены во многих направлениях искусства и науки, например, в литературоведении, моде и графическом дизайне. Мне кажется, что эту историю можно рассмотреть в рамках постмодернизма, как общего знаменателя второй половины XX века, которому характерно восприятие мира, как хаоса.

В основе деконструктивизма лежит философия деконструкции, разработанная французским философом Жаком Деррида в 1970-х годах. С точки зрения философских корней деконструкция — это теория, которая ставит под сомнение традиционные способы понимания языка и смысла, Дерида утверждает, что в работе нет ни одного внутреннего значения, а скорее многих, и часто они могут быть противоречивыми. Деконструктивный подход включает в себя открытие, признание и понимание основополагающих, негласных и неявных предположений, идей и рамок культурных форм, таких как произведения искусства.

Так, идеи Дерриды отразились на многих писателях и художниках, в особенности на архитектуре, где они были визуально интерпретированы, как вызов традиционным представлениям о форме, функции и чувстве прекрасного.

К концу 80-х годов прошлого века, архитектура заняла центральное место в движении деконструктивизма, введя новый визуальный стиль, отличительной чертой которого стала сложная геометрия в ответ на рациональные, простые и утилитарные аспекты современного дизайна. (сторонники движения: Заха Хадид, Фрэнк Гери, Рем Колхас)

Следом эти идеи унаследовал дизайн, сначала одежды, который воплощает философию деконструкции, как вызов самой сути традиционной конструкции одежды. (сторонники движения: Рей Кавакубо, Иссей Мияки, Мартан Марджела, Эн Демельмейстер)

А затем настроения игры и свободы, переосмысления функции отразились на графическом дизайне (в работах Дэвида Карсона, в русском Птюче и в современном дизайне 20-х). Так, исследования поделено на три части, в которых рассматривается деконструктивизм (В АРХИТЕКТУРЕ, В МОДЕ И В ГРАФИЧЕСКОМ ДИЗАЙНЕ). Далее я пишу о том, как развился Карсоновский язык и подвожу итоги работы.

Работая над книжным проектом — сборником статей на тему смерти актуального искусства, смерти, как обозначения смены парадигм, я пришла к тому, что мне не хватает визуального исследования, посвященного деконструированию принципов журнальной или книжной вёрстки, как метафоры смены установок, парадигм и циклов, которые происходят в обществе в целом. В работе я обозначаю визуальные принципы деконструкции в контексте графического дизайна и не только.

В ходе исследования я отвечаю на несколько вопросов: Как принципы деконструктивизма перекочевали в разные направления, приобретая новые смыслы? Когда мы говорим про деконструкцию в плоском дизайне, возникает вопрос: стоит ли визуальное высказывание деконструировать до потери своей функции? Или же сама деконструкция несёт в себе новую функцию? Или же по-простому: нечитабельно — это проблема или нет?

ДЕКОНСТРУКТИВИЗМ:

В АРХИТЕКТУРЕ

1. Асимметрия
2. Непредсказуемая геометрия
3. «Форма не следует за функцией»
4. Наслоение

В МОДЕ

1. Асимметрия
2. Непредсказуемые материалы
3. «Форма не следует за функцией»
4. Наслоение

В ГРАФИЧЕСКОМ ДИЗАЙНЕ

1. Асимметрия
2. Непредсказуемая композиция
3. «Форма не следует за функцией»
4. Наслоение

О НАСЛЕДИИ КАРСОНА. Как визуальный язык начал жить дальше

ВЫВОДЫ ИСТОЧНИКИ

Деконструкции в моде характерны намеренно незаконченный внешний вид изделия с необработанными краями, открытые швы, асимметричный дизайн и сложноструктурированный текстиль. Деконструкция моды бросает вызов традиционным представлениям о том, как должна быть сконструирована и реализована одежда.

Мартин известен своим общим подходом к деконструированию принципов моды. Так, он предложил издать DIY, как сконструировать предмет модного дома самостоятельно, деконструировав носки. В 1991 году дом выпустил свитер из носков, а в 2004 в журнале «A Magazine Curated by Maison Martin Margiela» проиллюстрировали, как сделать такой самостоятельно, тем самым в моде этот акт воспринимается, как размытие различий между высокой и низкой модой, что характерно философии деконструктивизма о ликвидацию бинарных оппозиций и иерархий

Деконструктивистская мода воплощает провокационную модель: она бросает вызов женскому силуэту, стирает границы между женской и мужской одеждой и создает универсальную одежду. Более того, смещается акцент с утилитарной функции моды на самостоятельную ценность одежды. Японские дизайнеры были первыми, кто применил этот независимый подход, который затем развили дизайнеры Бельгии.

Деконструктивизм — больше философский термин и не поддается простой категоризации, как другие стили искусства и дизайна. Тем не менее, дизайнеры, связанные с этим движением, которые применили в своей практике аналогичные философии, могут рассматриваться как работающие в рамках или рядом с принципами деконструкции.

Дэвид Карсон — один из самых широко признанных дизайнеров движения деконструкции. Он экспериментировал с дизайнами, которые были грязными, хаотичными и которые, пренебрегают каким-либо подобием структуры в пользу сдвигов и дефектов. Теперь рассмотрим, как эти философские и визуальные идеи отразились в дизайне Карсона.

В его работе мы можем заметить много графических элементов, на которые повлияла идея деконструкции. Обилие типографических стилей, будто бы рандомные размеры шрифта. Беспорядочные размеры и неправильные написания слов (bbook) предают макету ощущение хаоса. Однако, ключевой текст увеличен и имеет достаточные отступы, чтобы прочитать в первую очередь информацию. Правда, межбуквенное и межстрочное расстояние также нерегулярны. Это ослабляет читаемость текста и лёгкое восприятие.

Даже на обложках Raygun видно, как Карсон избегает ставить фотографию по центру, смещая её или даже переворачивая.

Из его интервью становится понятно, что весь подход Карсона строится не на строгой сетке и модулях, а на ощущениях и эмоциях. Он считывает настроение героя, вчитывается в бриф и отсюда рождается графический образ, который не поддаётся восприятию привычной композиции.

«DB: как бы вы описали свой подход к дизайну?

DC: Я просто сделал то, что чувствовал правильно. Моей отправной точкой было и всегда было сначала прочитать бриф, статью или что-то еще, что мне дают. это отправляет меня в направлении с точки зрения дизайна. Я стараюсь визуально усилить то, что написано, сказано или поётся. Я хочу, чтобы работа соединялась с людьми на эмоциональном уровне, где я чувствую, что она наиболее эффективна и долговечна.»

На первом развороте мы видим излюбленный в актуальном дизайне приём нулевого межколонного пространства. На втором пример того, как Карсон передаёт загадочность рок-певца Morrissey, прикрывая пространство фотографии и заголовка.

Знаменитый разворот из Ray Gan. Карсона статья нового писателя для журнала разочаровала, она была обычной, такой же, как и остальные, тогда дизайнер просматривал шрифты, наткнулся на dingbat, усмехнулся и подумал, ну почему бы и нет? В этом случае форма следует за настроением и ощущением больше, чем за самой функцией. Мы не можем считать текст статьи, тут проявляется авторское высказывание самого Карсона, как художника. Его визуальный язык часто грязный и весьма хаотичный, но передать информацию и смыслы остаётся первичным для Дэвида.

Визитная карточка узнаваемого стиля DK — это наслоение. Чаще всего наслаивается типографика друг на друга или выходит за грани фотографии. Этот приём используется скорее, как графический, снижая читабельность и лёгкое восприятие работы, но важные элементы коммуникации остаются считываемыми.

В 95-м году Дэвид покидает журнал Ray Gun, но визуальный язык продолжает жить. Крис Эшворт был арт-директором в период 15 выпусков 1997/98. Он стремился оставить хаотичное настроение, но добавить ему больше шведского стиля. Так, композиция стала более строгой, но оставался преемственный подход к свободе.

В России же Карсоновский стиль отразился на журнале Птюч:

Модная типографика сегодня — это чаще всего либо Швейцарская история, либо нечитабельные приемы ради невербалики, настроения и ощущения.

Исследование показало, что принципы деконструктивизма успешно перекочевали из одной области искусства в другую, приобретая при этом новые смыслы и формы.

Ответ на вопрос, стоит ли визуальное высказывание доводить до потери своей функции, лежит скорее в неточной формулировке вопроса. Функция не меняется, а преобразовывается путём задачи и ее воплощения. Если Карсон делает обложку журнала, то дизайн сохраняет читабельность. Если задача передать информацию в читабельности теряется, то на помощь приходит невербальное общение. Однако чаще работы Дэвида остаются считываемыми. Сейчас же типографика воспринимается дизайнерами часто, как графический элемент, текст перестаёт читаться, превращаясь в приём. Важно понимать, что «нечитабельность» или «хаотичность» не являются проблемами сами по себе; они становятся инструментами для создания новых смыслов. Однако ясно одно: сама деконструкция несет в себе новую функцию — она заставляет зрителя переосмысливать привычные установки и парадигм.

Таким образом, исследование подтверждает актуальность деконструктивизма как метода художественного и дизайнерского выражения, который продолжает влиять на различные аспекты визуальной культуры.