Рубрикатор
- концепция
- принцип отбора материала
- Николай Рыбаков: конструирование метаисторической реальности
- Сергей Лазарев: мифологическая обыденность
- Сергей Дыков: идея Алтая
- Евгений Дорохов: космос через фактуру
- Заключение
- Источники
Концепция
Начиная с 1920-х годов в искусстве Сибири прослеживается стабильный интерес к специфической архаической культуре регионов. Это увлечение связано с началом археологических исследований на территории Сибири, а также с растущим самосознанием региона как местности с особой культурой и наследием, отличающимся от остальной части России. Художники Сибири все чаще стали обращаться к архаическим знакам и образу мышления. Исследователь В. Ф. Чирков охарактеризовал новое направление термином "неоархаика" [5]. Со временем направление стало разрастаться, и идеи архаики "захватило" художников от Ханты-мансийска до Иркутска. Среди некоторых художников можно обнаружить сходства по способу обработки архаического материала. На таких сходствах основывается ответвление неоархаики — "сибирский метаисторический экспрессионизм", которое стало актуально в начале XXI века. Границы этого течения и его характер — актуальная проблема для современного сибирского искусства. Особенность направления заключается в переходе от цитирования исторических памятников к самостоятельной работе и переосмыслению традиций. Направление "родилось изнутри, из потребности художников прикоснуться к тому пласту древней культуры, которая сохранила в чистоте духовные ценности, которая содержит огромный пластический ресурс для развития современного сибирского искусства". Для Сибири генерация такого количества авторов — исключительное стечение обстоятельств. [5, c. 235] В этом исследовании я хочу проанализировать работы художников, которых можно отнести к сибирскому метаисторическому экспрессионизму, и определить их подход к архаическому материалу.
Гипотеза: сибирский метаисторический экспрессионизм — течение в современном искусстве, которое можно отделить от общего направления неоархаики по некоторым признакам.
Принцип отбора материала
При отборе материала я руководствовалась несколькими принципами:
- работа с архаическим материалом: в исследовании я анализирую работы художников, которые работают с метаисторическим пространством;
- географическая принадлежность: рассматриваемые художники родились в сибири и воспитывались в контексте сибирской культуры, которую стали переосмыслять в творчестве;
- манера, подразумевающая эмоциональную окраску: отобранные художники активно используют экспрессионистскую манеру;
- временные рамки: работы художников относятся к "всплеску" интереса к архаике, который начался в 1990-е и длится до настоящего времени.
Термин «сибирский метаисторический экспрессионизм» обозначает направление в искусстве, основанное на переосмыслении глубинных, архаических пластов культуры через художественную экспрессию.
По мнению искусствоведа М.Ю. Шишина, художников, которых можно отнести к сибирскому метаисторическому экспрессионизму, объединяет стремление реконструировать "целостное видение" мира и "бытования образа как живого символа", которые были характерны для архаического человека. "У людей традиционной культуры господствовал иной тип мировоззрения — целостный, нерасчлененный". Такой тип мировоззрения исследователь противопоставляет дискретности картины мира современного человека. [6, с. 284-285]
Николай Рыбаков: конструирование метаисторической реальности
«В живописи хранится тайна, которая до конца не подвластна человеческому разуму. Только чутьем можно в какой-то мере подойти к ее разгадке. В ней сила первородного греха и мудрости, земная загадка и хитрость открытий, опасность немощи и сила духа! Она убивает и возвышает!» (Н. И. Рыбаков)
«Сторона заката», 1991 г.
Николай Рыбаков — художник, который ищет в абстрактном пласте творчества "смыслы и ценности глубинного раннеисторического и доисторического происхождения". [2]
В творчестве автора ярко выражается интерес к пространству, но пространство у Рыбакова выходит за пределы географической категории. Он обращается к вневременному — "метаисторическому" пространству. Оно связано с первобытным временем на уровне эмоции, которая передается цветом и фактурой, и изображает не конкретные сюжеты, а их обобщение — сюжет в работах Николая Рыбакова вторичен. Автор отталкивается от природного и архаического материала, переводя его в категорию духовного.
«Проводник. Кочевые тропы», 2012 г.
Знаковым в творчестве Николая Рыбакова становится образ проводника. Его появление связано и с кочевой традицией народов Сибири, и с метафорическим образом проводника в архаическое сознание в "пространство мифа".
«Чаша», 2002 г. / «Ойкумена 2008», 2007–2008 гг.
«Оранжевый луч», 2007 г.
Поверхность скалы в сибирской шаманской традиции воспринималась как завеса, за которой находится потусторонний мир, а трещины и расщелины в скалах — как врата в иной мир [8]. Эта идея «путешествия сквозь скалу» стала концептуальной основой для многих произведений искусства, стремящихся выразить метафизическую глубину бытия.
«Погонщик каравана», 1997 г.
"Территория моего творчества – азиатский мир, мир культуры кочевников, путешественников, миссионеров и сибирских поселенцев хранит в себе традиции древних народов и вбирает опыт всей цивилизации. Освоение глубинных пластов Территории пoзволяет услышать ее голос в первородном значении". [Н. И. Рыбаков, 2]
Цикл работ «Аграрная страна», 1992–1993 гг.
"Путешествия в окружении границ географических районов: Таймыра, Эвенкии, Хакасии, Тувы, Монголии, Тибета приносят новое осмысление пластических и цветовых построений в моих картинах. Древние знаки земли разгаданные или застывшие в своем молчании становятся первоосновой в моем творчестве". [Н. И. Рыбаков, 2]
«Вечерняя лошадь», 2017 г.
Сергей Лазарев: мифологическая обыденность
«Лабаз». Диптих, 2002–2003 гг.
Творчеству Сергея Петровича Лазарева свойственна "мифологизация" обыденности. Художник работает с реальными образами, возводя их в метаисторический пласт. Так, портреты людей и объекты реального мира в его работах тесно сплетены с архаической символикой и мифическим пространством.
Графические листы из серии «Зеркала», 2011 г.
«Солнечный луч», 2005 г.
Важным для художника становится образ бубна — основного инструмента шамана. Лазарев графически переосмысляет звук бубна в своих работах.
Смотрящий в себя, 2010 г.
